Главная Услуги Работы Персона Юзабилити анализы
IMG тел. +7(901) 370-1796
Игорь Ашманов о своей инвестиционной стратегии




ПОИСК по сайту


    Полный список статей
/ Игорь Ашманов, о своей, инвестиционной стратегии / Версия для печати / translit / абракадабра :-)


<-предыдущая следующая ->

 
  google.com bobrdobr.ru del.icio.us technorati.com linkstore.ru news2.ru rumarkz.ru memori.ru moemesto.ru smi2.ru twitter.com Яндекс закладки text20.ru RuSpace RuSpace toodoo

Философия классического венчурного инвестора состоит в том, чтобы всеми силами вложить, сохранить и преумножить свои деньги. Частный это инвестор или фонд — неважно, в любом случае у него есть некий избыток наличности, которую надо «разбросать», вложившись в «правильные» технологии и команды, и в итоге на этом заработать. Spray and pray. То есть по сути речь идет об управлении деньгами, пусть и посредством людей. Фактически о том, чтобы деньги делали деньги, только больше, чем начисление обычного процента в банке.

Так было не всегда, не всегда ссудный процент и деньги как товар рулили экономикой; можно вспомнить практику так называемого демереджа: в Средневековье в течение нескольких столетий за хранение наличности брали плату. Держать ее на руках было невыгодно. Деньги не делали деньги, как это происходит сейчас, они, наоборот, «усыхали» от времени: постоянно обменивались на новые, а старые обесценивались — примерно на 15-25% в год. То есть деньги были только средством обмена, а не товаром, как товар они были крайне невыигрышны. Поэтому все вкладывались в реальные ценности, строили, ремонтировали, развивали. После чумы XIV века ситуация довольно резко изменилась: ссудный капитал захватил власть, в итоге деньги превратились из средства обмена в товар.

Сегодня на этом и основывается в том числе философия венчурного капитализма: положив деньги в более или менее безрисковый банк, ты получишь всего несколько процентов годовых; кому-то этого недостаточно, поэтому он готов рискнуть, вложившись в стартап, где выхлоп может быть в сто раз, но и риск неудачи — 90%. По сути, этот тот же ссудный капитал, только с большим риском и в другой форме (получение долей). И с большим доходом, если дело выгорит.

Это работает, если ты стоишь над статистикой, и удачно выбираешь стартапы. Но это точно не моя философия. Я инженер, разработчик, а не финансист. Хотя мы тоже инвестируем в стартапы, управление деньгами нам неинтересно. Даже если бы я был уверен, например, что смогу придумать алгоритм, с помощью которого гарантированно заработаю большие деньги на фондовом рынке, я бы этим не стал заниматься.

Что интересно? Делать «прикольные штуки», которые работают, реализовывать необычные идеи, создавать что-то, что можно будет показать своим детям. Если это еще и приносит какие-то деньги — ну что ж, неплохо. Именно поэтому мы не вкладываемся во что угодно — в средство от морщин, пусть и очень эффективное, не стали бы, а вот в робототехнику — вполне возможно.

Безусловно, есть критерии, по которым оцениваются пришедшие к нам проекты. Мы работаем в своем технологическом сегменте, и у нас есть стратегия развития технологий: основные наши интересы крутятся вокруг интернет-маркетинга, поиска и искусственного интеллекта. Поэтому стартап, который делает потенциально нужную нам технологическую компоненту, может попасть в сферу интересов. Даже если построить из него самостоятельный бизнес невозможно — такие примеры в нашей практике есть.

Мы, например, в свое время проинвестировали компанию, которая делает автоматический синтаксический анализ текста. Это очень «хардкорное» лингвистическое программирование, которое при этом непонятно, как превратить в продукт. Ребята довольно долго пытались сами монетизировать свою технологию, но безуспешно — рынка для синтаксического движка почти нет. Мы их поддерживали из любви к этому редкому искусству, а спустя какое-то время у нас появился проект «Крибрум», который анализирует блоги, где сложный синтаксический анализ нужен как часть большого продукта. И тогда мы просто выкупили этот лингвистический стартап, дав его основателям долю в новом бизнесе «Крибрума». А кроме русского синтаксиса делаем ещё и арабский, английский и пр.

Нашу «стратегию инвестирования» в общем виде можно описать так: мы подбираем куски технологий и команды, работающие в нашем сегменте, которые по нашим ощущениям интересны, чего-то стоят и укладываются в концепцию технологического развития компании. Из формальных критериев: внятный лидер или команда, и хоть какой-то прототип (чтобы было понятно, что люди в принципе способны что-то сделать руками).

И только потом мы смотрим (и то не всегда), может ли проект превратиться в бизнес. Как я уже сказал, это связано с нашим происхождением из разработчиков и с нашей философией, согласно которой деньги — это всего лишь ресурс. Причем по уникальности они сильно уступают времени, людям и технологиям. Заработать денег и воплотить с их помощью в жизнь какую-то большую идею — это прикольно. Само же по себе богатство не несет ничего интересного, по крайней мере, после определенного уровня.

У нас всех перед глазами многочисленные примеры наших олигархов, которые за бурные 90-е быстро заработали (захватили) суммы, сопоставимые по порядку величины с состоянием Билла Гейтса, который честно горбатился в индустрии ПО тридцать лет. И что полезного они сделали с этим ресурсом? Подняли коммерческую космонавтику? Создали лекарство от рака? Выпустили летающий автомобиль? Повернули сибирские реки? Создали университеты, больницы, музеи?

По-моему, они как раз заняты тем, что управляют своими деньгами, с целью их преумножения (если вообще не их потреблением), и мне кажется, что это довольно скучное занятие. Гораздо интереснее было бы направить этот ресурс на что-то действительно важное. Но это не моё дело.

Вполне естественно, что с таким отношением к деньгам при оценке любого проекта они становятся для нас критерием далеко не первого порядка. Фактически, мы не венчурный инвестор, а стратегический, хотя на контроль в проекте, как правило, и не претендуем. Главное, чтобы стартап встраивался в нашу экосистему: например, помогал другим ее участникам технологиями или трафиком. Так как мы все делали не «по науке» и не «по бизнесу», то в итоге получился рой технологических компаний, которые переплетены в разных плоскостях по технологиям, людям и совместным проектам.

Пока нам такая ситуация более-менее удобна: чтобы наши проекты договорились между собой о передаче какой-то технологии или выпуске совместного продукта, не нужны формальные транзакции, не надо оформлять бумаги, гонять деньги из правого кармана в левый, терять время и т.д. При этом интересы самих стартапов более-менее защищены.

Вероятно, в ближайшие пару лет мы захотим формализовать эту структуру, консолидировать интеллектуальную собственность, возможно, создать фонд и привлечь внешних инвесторов.

*Молодые предприниматели далеко не всегда представляют логику инвестора или потенциального партнера. А это понимание им очень бы помогло. Этим текстом мы открываем серию статей, в которых крупные инвесторы объясняют свои мотивы при выборе проектов. Наши авторы не только классические венчурные инвесторы, но и предприниматели, вкладывающиеся в стартапы.


Создание эксклюзивных сайтов, юзибилити анализ и бесплатный анализ под запросы основных поисковых машин
Контактная информация :
тел. +7(901) 370-1796

Написать письмо на e-mail
icq 415547094  romverрейтинг на mail.ru сайта romverinbox.ru
© 1997 - 2017 romver.ru

Полная карта сайта Display Pagerank